«Листомания»: музыкальные способности делают человека сексуально привлекательным [Перевод], статья. Журнал "Stereo & Video"


Однажды снежным берлинским днем, через пару дней после рождества 1841 года, Франц Лист вышел на сцену концертного зала Berliner Singakademie. Он сел за рояль, и капельки пота стекали по его лбу. Тридцатилетний, в самом расцвете сил и на пике своих возможностей, он готовился дать волю мании. Однако не той относительно легкой форме музыкального помешательства (вроде «битломании»), но одержимости в полном смысле этого слова, помешательстве, способном словно яд поразить в самые сердца женщин Германии, Италии, Франции, Австрии и многих других стран.

Целиком используя свое тело — подвижные брови, неистовые руки и даже бедра — Лист напористо влился в «Фугу Е-минор» Генделя, с абсолютной уверенностью выдерживая идеальный темп, играя без нот, по памяти. Таким было начало феномена «Листомании»: присутствовавшие женщины буквально сошли с ума.

Они сражались за платочки и вельветовые перчатки, которые тот бросал в зал в конце выступления, делали браслеты из порванных струн рояля и состязались за право коснуться его длинных развевающихся волос, когда он выходил из концертного зала, как сказано в книге Алана Уокера «Франц Лист: Годы виртуоза».

«Один из лучших композиторов 19 века» Франц Лист в юности

На самом деле одержимость любыми, даже самыми ничтожными вещами, связанными с гениальным пианистом, была настолько сильна, что «Лист как-то раз кинул старый сигарный окурок на улице под пристальным взглядом придворной дамы, которая с трепетом подняла этот окурок из сточной канавы, соорудила для него специальный медальон, инкрустировала его бриллиантами, выложенными в форме букв "Ф.Л.", и занималась своими делами, не обращая внимания на жуткий запах, который медальон источал», как сказано в книге Уокера.

Немецкий критик Генрих Гейне, придумавший термин «Листомания», в своем описании парижского концертного сезона 1844 года подробнее рассказал о том, какой чарующий эффект музыкант производил на публику.

«Совершенно мистически воздействовало на них одно лишь его появление! — написал Гейне. — Насколько неистовы были аплодисменты, приветствующие его! Какое это было признание! Подлинное безумие, фурор, невиданный до сих пор».

Германия буквально сошла с ума по Листу. Но почему же? Такого рода одержимость редко направлена на классических музыкантов (традиционный оскал Бетховена и усыпляющие ноктюрны Шопена не могли конкурировать с харизмой и шармом Листа). Даже рокеры редко сталкивались с такого рода обожанием, за исключением, пожалуй, Джими Хендрикса, Мика Джаггера, Элвиса, и да — возможно, Гарри Стайлза из One Direction (он успел получить свою дозу женского белья на сцене). Однако Лист все равно удерживал особое место, будучи первым музыкантом в истории, всерьез взволновавшим многочисленные женские сердца.

Франц Лист в зрелом возрасте, приблизительно1860 год

«Он был восхитительным актером, обладал театральными талантами: вычурный, демонстративный пианист, и в то же время прекрасный импровизатор, — говорит Леон Ботштайн, музыкальный директор Американского Симфонического Оркестра. — Возможно, он был величайшим пианистом в истории».

Именно великолепие его мастерства — то, что древние греки назвали бы arête — предположительно стало основной причиной германской «Листомании». С точки зрения эволюции, Лист, благодаря своим талантам, выглядел идеальным партнером.

«Наличие у человека времени и ресурсов на совершенствование своих способностей делает его очень привлекательным в качестве потенциального партнера», — объяснил Петр Яната, профессор психологии в Университете Калифорнии, специализирующийся на нейронауке музыки. Суть заключения в том, что если «ты можешь заниматься собой и обуздать столь сложную стихию, как музыка, вероятно, ты в состоянии и позаботиться о партнере. В птичьих песнях, например, эта связь между качеством и сложностью песни и репродуктивной способностью особи вполне очевидна».

Самец камышовки в брачный период поет разными голосами, вставляя в свою песню фрагменты из трелей других птиц

Чарльз Дарвин предположил, что способность к музыке показывала высокую репродуктивность не только у птиц, но и у людей. «Музыкальные ноты и ритмы, — писал он в «The Descent of Man», — были впервые получены прародителями человеческих мужчин и женщин с целью очарования противоположного пола».

В течение 140 лет исследования не могли доказать теорию Дарвина, но недавняя работа Бенджамина Д. Чарльтона подтвердила, что «музыка — это продукт сексуальной селекции подходящего партнера».

Однако результаты имеют несколько нюансов.

Чарльтон с коллегами обнаружили, что женщины в середине менструального цикла (максимально фертильные) считали, что мужчины с хорошими способностями к музыке обладали более приятными генами, чем те, кто к музыке отношения не имел, и в итоге предпочитали первых в качестве партнеров. В исследовании участвовали 1 465 женщин: все они слушали четыре разных фортепианных композиции, при этом каждая последующая была сложнее предыдущей, и после прослушивания должны были ответить, какой композитор им больше всего приглянулся.Женщины, которые не были на пике цикла, не выказывали особых предпочтений, но те, у которых прослушивание выпало на 6-14 день репродуктивного цикла, единодушно предпочитали композитора наиболее сложной мелодии.

Очевидно, предпочтение достаточно краткосрочное, подразумевающее, что женщины как можно скорее хотели бы заполучить гены талантливого музыканта, но это не было бы необходимым фактором для долгосрочных отношений. Другими словами, способность к музыке является скорее преимуществом для ветреного ловеласа, чем для сторонника серьезных отношений.

Получается, что благодаря эволюции виртуозное владение скрипкой приравнивается к дорогому костюму или высокооплачиваемой работе. Глядя на выступление виртуоза-скрипача Дэвида Гарретта и на реакцию женщин из зала, с этим утверждением трудно поспорить.

В раннем исследовании журнала «Evolution and Human Behavior» сказано, что женщины стараются располагаться поближе к сцене на концертах классической музыки, чем мужчины. Также они садились ближе к музыкантам, которые, по мнению исследователей, обладали самыми высокими навыками игры.

Но если музыка оказывает настолько сильное влияние на секс и любовь — интересно, каково ее влияние на отношения в целом? И если привлекательность можно определить по столь случайному признаку, как способность к музыке, есть ли вообще смысл в таких качествах, как доброта, верность, надежность, этичность? Способность к музыке, как выяснилось, может быть неплохим маркером и для выявления прочих черт характера человека. Все потому, что выбирая себе партнера, мы склонны к выводам, основанным на мелких деталях, которые в большинстве случаев оказываются верны. Эта концепция была впервые представлена Малькольмом Гладуэллом в его книге «Blink».

Малкольм Гладуэлл — канадский журналист, доктор филологии Университета Ватерлоо и автор популярных книг

Может показаться наивным, что такие незначительные на первый взгляд вещи, как способность к музыке или музыкальные предпочтения, могут настолько серьезно повлиять на отношения, однако именно эти факторы позволяют гораздо быстрее проявить себя и оценить, подходите ли вы друг другу. Для того, чтобы стать великим музыкантом, необходимо время, ресурсы, упорство, фокус и множество других черт. Потому у талантливого музыканта автоматически отпадает потребность доказывать наличие у себя всех этих характеристик.

Музыкальный вкус настолько же информативен. Возьмем, к примеру, вопрос: «Какую музыку предпочитаешь?». Он достаточно невинный, как кажется поначалу, но на самом деле — очень глубокий и информативный.

Если, например, собеседник ответит, что его любимая группа — Vampire Weekend, вы наверняка подумаете, что он неплохо образован, у него стабильный доход, слегка буржуазный стиль жизни, он приверженец либеральных взглядов и легкого конформизма, вероятно, городской житель, и так далее (или же человек хочет произвести на вас впечатление и потому называет инди-группу Эзры Кёнига). А если бы ответ был — Тим МакГроу, в вашей голове сложился бы образ деревенского паренька, скорее всего, политически консервативного.

Vampire Weekend — американская инди-рок-группа

Это, конечно же, не истина в последней инстанции: думаю, где-то в Лондоне живет атеист-физик с тремя докторскими степенями, расслабляющийся под Тима МакГроу и Брэда Пейсли, но что поделать? Большинство неосознанно полагаются на эти маркеры. Исследование в Университете Техаса подтверждает данные выводы и показывает, что музыкальный вкус достаточно сильно коррелирует с политическими предпочтениями, словарным запасом и даже подвижностью человека.

В отличие от других форм искусства, таких, как литература или кино, в которых каждый должен пройти весь путь героя от начала до конца, музыка работает быстро и эффективно. Потому достойный музыкант имеет преимущество — получить мгновенный доступ к чувствам своей публики c первых сыгранных им нот.

Сначала Гейне, немецкий критик, считал, что «Листомания» может быть связана с немецкой политической средой того времени: музыка Листа давала выход фрустрации людей. Но после он сменил мнение. «Я ошибался, — написал он в своей рецензии на концерт 1844 года. — Это была не немецкая-берлинская сентиментальная, льстивая публика, перед которой в одиночку играл Лист».

Теперь он полагал, что бурные аплодисменты публики, ее чисто физический экстаз, были связаны не с внешними социополитическими условиями, но с чем-то вне тела, и описал это как некий «электрический эффект демонической природы», захвативший слушателей.

Другой рецензент описал свои впечатления от любимой завершающей композиции Листа, Grand Gallop Chromatique, в выпуске Konigliche Preussische Staats- Kriegs- und Friedenszeitung (Королевской прусской городской газеты) от марта 1842 года. Он пришел к аналогичному выводу, написав, что «посетители пришли в неистовый экстаз от забивающих их нервные системы раздражителей».

Видеозапись Grand Gallop Chromatique венгерского пианиста Дьердя Цифры, отличавшегося виртуозным и необыкновенно эмоциональным исполнением произведений Листа.

Однако в современном мире считать, что романтическая сила музыки вызвана бешеным ритмом или нейрологическим «электрическим эффектом», будоражащим мозг присутствующих, как сказал Ботштайн, было бы «нонсенсом». Вероятно, основная причина необычайной привлекательности людей, мастерски владеющих музыкальными инструментами в том, что данный навык достаточно быстро и точно демонстрирует и другие положительные (в эволюционном смысле) качества личности.

Лист был известен прекрасной импровизацией, способностью провести свою аудиторию сквозь историю, создавая персонажей с помощью уникальных музыкальных фигур. Но его поклонников волновало не только его виртуозное музицирование, но и последовательно напрашивающийся вывод о высокой репродуктивной способности маэстро. Бесспорно, многие современные музыканты это осознают, но Франц Лист, вероятно, был первым наглядным примером того, до чего же привлекательными могут быть музыканты!

И конечно, нельзя недооценивать силу волос.

Оригинал: The Romantic Power of Music


Подготовлено по материалам журнала "Stereo & Video", август 2016 г. www.stereo.ru

Обсуждение данного материала
Комментариев пока нет. Станьте первым!
Написать свой комментарий