История самоцензуры в Голливуде

Сохранить и прочитать потом —       

Цензура — знакомое слово для всех, кто вырос на просторах бывших союзных республик. Ее боятся, ее ненавидят, ей попрекают, но одним из самых ужасных ее вариантов считается самоцензура: когда кто-то стремится подстелить соломки, чтобы падать было мягко, или же попросту исключает падение, вырезая кусок контента, отправляя его на доработку или полностью не пуская его на территорию России и соседних стран, опасаясь гнева правительства. Однако от такого самоуправства и такого страха страдают не только наши государства. В материале от наших коллег из Vox рассказана история самоцензуры в Голливуде — и мы ее для вас перевели.

Менее чем за два месяца до сентябрьского релиза студия Universal отозвала прокат фильма «Охота» на неопределенный срок. Сюжет фильма, в котором «элита» охотится за «обычными» людьми для развлечения, получил волну критики от левых аккаунтов в социальных медиа — в нем увидели попытку возвысить протагонистов, представляющих правое движение.

А через пару часов после того, как фильмом возмутилась ведущая Fox News Лора Ингрэм, один очень лояльный зритель данного телеканала, просиживающий в Белом Доме, поспешил написать в твиттер о Голливуде, утверждая, что «они сами создают насилие и нас же в этом обвиняют». И, скорее всего, писал он как раз об «Охоте». И сам посыл, конечно, своеобразный, особенно учитывая то, что идет он от человека, проматывающего свой любимый фильм — «Кровавый спорт» Ван-Дамма — на самые жестокие сцены.

Днем позже Universal сообщила, что не собирается выпускать «Охоту» (изначально фильм назывался «Красные против синих»). Скрупулезно подобрав слова, студия сообщила: «Мы поддерживаем наших артистов и продолжим создавать фильмы в партнерстве с яркими и прогрессивными создателями контента, к примеру, с теми, кто ассоциируется с сатирическими социальными триллерами, однако мы понимаем, что сейчас не самое лучшее время для релиза этого фильма». Причем, судя по заявлению, фильм еще может выйти в будущем.

Вероятно, такое решение студия приняла в связи с недавними перестрелками в Эль Пасо и Дейтоне (особенно с учетом того, что причиной стрельбы в Эль Пасо, возможно, стали политические взгляды). Но даже если совпадение случайно (и это очень большое «если»), даже если план отложить фильм появился до того, как Трамп решил напечатать этот твит — в глазах публики совпадение слишком уж близко к настоящей причине.

Да, фильмы периодически откладывают из-за каких-то трагичных событий, но чтобы крупная студия закрыла на замок дорогой релиз после того, как президент вроде как о нем твитнул? Такое происходит впервые. И прецедент, который она создает, — когда крупные политики теоретически могут запретить релиз, если услышат что-нибудь о трейлере фильма, который еще никто не видел, по телевизору, — он приближает государственную цензуру, угрожающую свободе, гарантированной Первой поправкой.

А Голливуд всегда боялся государственной цензуры, и решение Universal себя самостоятельно зацензурить совсем не уникально. Если честно, вся история Голливуда пестрит случаями самоцензуры: это история индустрии, которая практически с самого своего рождения использовала все возможные методы для того, чтобы не подпускать правительство к себе (и к своим доходам). Но ответ Universal на давление — прямое или непрямое — может быть предвестником изменений.

Почти век назад Голливуд решил себя зацензурить

Цензуру проще всего описать как подавление государством свободы слова граждан в публичном пространстве, основанное на правилах, установленных власть имущими для достижения своих целей. Такой тип цензуры, в общем, не был частью американской киноиндустрии — в отличие от других мировых рынков.

Но для того, чтобы держать государство на расстоянии, Голливуд использовал самоцензуру практически с самого начала.

Еще в 1922 году крупные голливудские студии собрались вместе и создали организацию, которая в будущем станет известна как MPAA — «Ассоциация кинофильмов Америки». Большинство знают MPAA как контору, ставящую фильмам возрастные рейтинги (например, R или PG). Это не государственная компания — она независима. На момент появления ее участники создавали 70–80% всех кинофильмов в США, а ее первым президентом был министр связи Уилл Хейс.

Но главное — это то, почему такую организацию в принципе создали. За семь лет до появления MPAA, в 1915 году в Высшем суде по делу «Mutual Film Corp. v. Industrial Commission of Ohio» суд постановил, что киноиндустрия — это бизнес, а не искусство, и потому Первая поправка, гарантирующая свободу слова, на кино не распространяется.

Это решение открыло двери для цензуры в киноиндустрии — то есть правительство могло захватить контроль за словом и свободным видением художников. Конгресс начал рассматривать вопросы создания национального комитета по цензуре, похожего на маленькие, локальные комитеты, ориентированные на кино, которые стали появляться по всей стране.

Саму индустрию рвали скандалы вне камер, в одном из которых принял участие популярный комик Фэтти Арбакл. В 1921 году он был гостем на вечеринке в Голливуде, на которой умерла актриса Вирджиния Раппе — и его обвинили в ее смерти. Этот эпизод стал первым крупным скандалом в Голливуде, а вскоре за ним последовали многие другие. И эти истории, часто излишне раздуваемые прессой, усиливали впечатление, что Голливуд так или иначе надо регулировать.

В эре немого кино и начале эры кино со звуком этичная публика начала высказывать опасения насчет излишне сексуализированного и жестокого контента (и нет: то, что этот период пришелся на Сухой закон, принятый в 1922 и отмененный в 1933 году, — не совпадение). Студии боялись, что грязная репутация Голливуда не просто ударит по выручке, но и подкосит интерес потенциальных инвесторов.

Так что задача организации, поначалу названной «Ассоциацией продюсеров и дистрибьюторов кинофильмов США» (MMPDA), в первую очередь, состояла в самостоятельной «очистке» Голливуда. Вскоре после основания организации Хейс и другие сообщили, что поставят индустрии «ультиматум». Придется подчистить за собой грязь на экране — или же...

Свою миссию они оправдывали исключительно морально-этическими соображениями.

«Мистер Хейс около трех недель назад решил, что должен занять позицию, при которой он гарантирует публике «чистые» фильмы», — сказано в газете New York Times от 5 июня 1922 года. В заметке добавили, что методы «очистки» включали в себя «строгую цензуру в каждой производственной компании» — в том числе и в компании самого Хейса.

«Фильмы, находящиеся сейчас в производстве, а также те, которые будут выпускать в будущем, станут подтверждением либо нашей приверженности делу и честности, либо нашей несостоятельности; они докажут либо нашу возможность повлиять на сидящее внутри нас самих зло, либо нашу неспособность вести дела», — процитировали в Times сообщение Хейса. Дальше он говорил о том, что самая важная задача Голливуда — «ярко показать в будущих фильмах борьбу за введение и поддержку наиболее высоких моральных и художественных стандартов».

Другими словами, видеоряд и тематика будут чистыми аж до скрипа.

Список правил, созданных организацией, получил название «Кодекса американской ассоциации кинокомпаний» или «Кодекса Хейса». Он появился в 1930-м году, но насаждать его начали только в 1934. Годы до насаждения часто называют «прекодексовыми», и в ту эпоху создатели фильмов стремились раздвигать границы того, что они показывали на экране — от уличных беспорядков и наркомании до сексуализированного контента. В наше время многое из тех фильмов назвали бы «тематическим контентом», но в те годы никакой единой системы классификации не существовало.

Но в какой-то момент кодекс стал своего рода подтверждением того, что фильм, ему соответствующий, будет принят. Почти во всех случаях фильм, созданный членами MMPDA и выпущенный в кинотеатрах членов организации, был одобрен отделом MMPDA по соблюдению кодекса.

Это значит, что в течение нескольких десятилетий на экранах нельзя было показывать некоторые вещи — иначе фильм не пропустили бы в Голливуде. Другими словами, его бы зацензурила сама индустрия. Список запрещенного в кодексе Хейса контента очень длинный, но вот выдержки из него:

— Нельзя показывать результат секса, то есть беременность и процесс деторождения запрещены.

— Преступления и плохое поведение в конце должны быть наказаны.

— Нельзя использовать слово «девственник» (или «девственница»).

— Нельзя оскорблять религию, и это чаще всего означало, что в фильмах религии в принципе не было — ее изображение в любой ситуации можно было бы интерпретировать как оскорбление.

— Нельзя показывать, как персонажи пьют алкоголь, если только этого не требует сюжет — потому как фильм — это поучительная история, где пьющий персонаж получит по заслугам.

— Нельзя описывать сюжеты, в которых главным двигателем является месть, в современных реалиях (и это стало одной из причин расцвета вестернов — они считались историческими фильмами).

— Нельзя показывать межнациональные или гомосекусальные взаимоотношения (благодаря этому, студиям было проще не нанимать небелых актеров — для них не было ролей).

— К флагу США нужно относиться с максимальным почтением.

В кодексе было множество иных запретов, но, как видите, его требования находятся в диапазоне от логичных до оскорбительных. Из-за некоторых пунктов оригинальные версии таких фильмов, как «Касабланка», пришлось серьезно порезать и перемонтировать для релиза.

Но самоцензура эффективна, лишь если нет мотивации великим долларом. Некоторые продюсеры начали рисковать и выпускать свои фильмы без одобрения MMPDA — особенно спустя время, когда у зрителей проснулся аппетит и их потянуло на «не такие» картины. Например, центральная тема вышедшего в 1955-м году фильма Отто Премингера «Человек с золотой рукой» — запрещенная кодексом наркотическая зависимость. Одобрения он не получил. Но отзывы были хорошие, несколько кинотеатров его закупили, люди на него пошли, а его звезда, Фрэнк Синатра, получил номинацию на «Оскар».

Со временем, во многом благодаря успеху фильмов, ломающих устои, кодекс начал устаревать. В 1959 году неодобренная комедия «В джазе только девушки» с мужчинами, играющими женщин, рэкетом, азартными играми и даже гомосексуальными оттенками стала огромным хитом.

И вскоре после этого конгресс вновь начал обсуждать способы регулирования Голливуда. Правительство вновь задумалось о том, чтобы влиться в киноиндустрию. Если Голливуд не может себя цензурировать, то вдруг юридической системе США это удастся.

Самоцензура не сработала. Поэтому в 1968-м году появилась система рейтингов MPAA. И споры о ней не утихают до сих пор

Угроза правительственной цензуры вместе с решениями суда по делам «Interstate Circuit v. Dallas» и «Ginsberg v. New York», оба из которых рассматривали указания по цензуре названного неподходящим контента в городских масштабах, подстегнули Голливуд к принятию каких-либо действий в дни заката кодекса самоцензуры. Бывшая MMPDA, ставшая в 1945 году MPAA, начала работать над планом.

Самое важное решение, которое приняла организация под руководством президента Джека Валенти — смена самоцензуры на самоклассификацию в формате системы рейтингов. Система, запущенная в 1968 году, стала прародителем той, с которой мы работаем сейчас. Производители фильмов добровольно передают свои фильмы MPAA на оценку, оценщики посмотрят фильм и выберут для него категорию в зависимости от тематики и отображаемого контента. В кинотеатрах можно показать рейтинг, а зритель уж сам решит, что он хочет смотреть, а что не хочет. Это рейтинг контента, а не его качества, но он хоть что-то говорит о фильме.

За полвека существования системы две основные ее цели остаются неизменными:

— Просматривая и классифицируя фильмы, MPAA удерживает правительство от влияния на свободу художественного видения.

— Предоставляя информацию зрителям, ассоциация помогает родителям принять осознанное решение (фокус всегда на родителях и детях) о том, чем же развлекать детей.

Как минимум на первый взгляд, защита художников от правительства и предоставление полезной информации кажутся полезными вещами — с этим может согласиться большинство людей.

Но рейтинги MPAA постоянно вызывают споры: частично из-за того, что в обществе постоянно меняются критерии, по которым фильм стоит относить к той или иной категории. В 2013 году, например, система стала учитывать наличие сцен курения. В 1968 об этом и подумать было невозможно.

Посмотрев сейчас «Назад в будущее», выпущенное в 1985 году с рейтингом PG (через год после появления рейтинга PG-13), можно удивиться тому, что в фильме с таким лейблом может быть столько ругани плюсом к жестокости и неприлично двусмысленным сценам (к примеру той, где мать Марти, будучи тинейджером, пытается его поцеловать). И это не редкость для большинства фильмов, получивших рейтинг PG в ранние годы существования системы — как из-за того, что тогда еще не ввели PG-13 (в случае с «Челюстями» 1975 года или «Дорогой мамой» 1981), так и из-за вкусов и предпочтений тех, кто проставлял в то время рейтинги (вспомните «Битлджус», «Кто подставил Кролика Роджера» и «Биг», вышедшие в 1988 году).

Ясно, что сейчас они получили бы рейтинг PG-13, но не только из-за самого контента. А еще и потому, что фильмы с рейтингом PG-13 приносят больше всего денег.

Как бы то ни было, для рынка рейтинг PG означает, что фильм семейный или для выросших из ползунков детишек; рейтинг G уже крепко связан с лейблом «только для малышей»; а рейтинг R, по своей сути, запрещает просмотр части аудитории. Но рейтинг PG-13 работает на широкий рынок: такие фильмы подходят и для подростков, и для взрослых, они не слишком серьезные, не слишком подробные, и на них можно спокойно отправить подростка без взрослого сопровождения.

Поэтому студии любят выпускать фильмы PG-13. Они пытаются охватить наиболее широкую аудиторию. Хотят получить от огромных инвестиций огромную же прибыль.

Есть и другие факторы, в которых можно поспорить с системой MPAA. Иногда фильмы, которые выходят подряд, оценивают противоречиво, и на протяжении полувека MPAA критиковали за то, как она применяет свои собственные правила.

Например, возьмем язык — его отследить просто, но подход организации к нему попросту нелеп. В фильме с рейтингом PG-13 может быть одно (и только одно) слово «fuck» и только в случае, если оно используется в качестве междометия или не для описания сексуального контакта. Еще одно такое слово — в абсолютно любом контексте, даже в историческом фильме о войне — и рейтинг прыгает до R. Такое произошло с достаточно скромными фильмами вроде «История призрака», «Однажды» и «Восьмой класс», но при этом картины вроде жестокого супергеройского «Отряда самоубийц» или слегка похабной комедии «Ночная школа» остались с рейтингом PG-13.

Но самые большие проблемы — и самые актуальные в случае истории с «Охотой» — связаны с тем, насколько по-разному организация оценивает сексуальный контент и жестокий контент: система обходится с сексом жестче, чем с кровищей. В фильме с рейтингом PG-13 не может быть никакой обнаженки, но может быть немного жестокости, главное — чтобы не было крови и детально показанных кровавых битв (в описании рейтинга такое часто называют «мультяшной» жестокостью). Любой сексуальный контент, кроме наипрозрачнейших намеков, поднимает рейтинг фильма до R.

Да и в рамках секса не весь контент равен. До недавнего времени в фильмах с рейтингом R и полностью обнаженными людьми легче было увидеть женские половые органы, чем мужские (их можно заметить в таких фильмах, но очень редко — и особенно редко в случае с темнокожими актерами).

Система рейтинга более брезгливо относится к описаниям женского секса: например, сцены женской мастурбации и кунилингуса чаще получали более высокие рейтинги, чем сцены с аналогичными мужскими действиями — а иногда их и вовсе приходилось вырезать для того, чтобы избежать рейтинга NC-17 (а этот рейтинг максимально гарантирует, что фильм посмотрит очень мало людей, поскольку многие кинотеатры такой контент даже не закупают).

Но в 2019 году наибольшее недовольство вызывают неряшливые стандарты системы рейтинга в отношении конкретной категории, важной в случае с «Охотой» — жестокости.

Эффект от работы системы рейтинга в отношении жестокости редко влияет на жестокость вне фильмов

В 2018 году после массовых перестрелок во Флориде президент Трамп встретился с депутатами и обсудил вопрос о снижении числа перестрелок. Он отметил, что жестокость в фильмах может быть причиной: «Вы видите эти фильмы, они жестокие, и при этом их спокойно может посмотреть ребенок, главное — чтобы в нем не было секса. А убийства могут быть. И, может, им стоит ввести систему рейтингов для убийств».

Даже если забыть об отсутствии видимой связи между жестокостью на экране и в реальной жизни и о том, что «у них» есть система рейтингов для убийств уже на протяжении полувека — Трамп не был совсем уж неправ. Если проще — в американских фильмах очень много жестоких сцен с использованием огнестрельного оружия.

И не только в фильмах с рейтингом R (у «Охоты» рейтинг объявить не успели, но по трейлеру выходит, что там должно быть R). Исследование, опубликованное в 2017 году общественно-политическим центром Анненберг в Университете Пеннсильвании, утверждает, что в собравших большую кассу фильмах с рейтингом PG-13 — вроде любых фильмов кинематографической вселенной Marvel — насилия больше, чем в топовых фильмах с рейтингом R.

Когда наши камеры, наконец, нашли его, то передали съёмки и трёхмерные изображения его обожжённой плоти и кишок, разбросанных по округе. Среди них, размозжённые почти до неузнаваемости, лежали наши люди. Посол, навигатор, техник, служитель.

Более того, фильмы формата PG-13 более предпочтительны для студий, чем картины с рейтингом R, поэтому в картинах часто вырезают последствия перестрелок, вроде крови и страданий, для того, чтобы обеспечить более низкий рейтинг.

В исследовании указано, что, хотя предыдущие работы не рассматривали то, как насилие в фильмах влияет на реальный мир, «Американская академия педиатров отметила, что есть немалое число исследований, указывающих на то, что жестокий контент может повлиять на некоторых подростков и сделать их более агрессивными». На протяжении долгого времени американские политики пытались связать массовые перестрелки с жестокими фильмами, даже когда не было исследований, подтверждающих эту теорию; например, в 1999-м году после перестрелки в школе Колумбайн президент Билл Клинтон сообщил, что связался с национальной ассоциаций кинотеатров, и теперь у подростков будут спрашивать паспорт, когда они идут на сеансы фильмов с рейтингом R.

В исследовании Анненберг от 2017 года сказано, что «судя по всему, MPAA считают, что жестокость в исполнении героев комиксов причиняет меньше вреда, чем жестокость, показывающая кровь и различные иные, более реалистичные последствия».

В то же время взаимосвязь между индустрией оружия и Голливудом тщательно задокументировали в другом исследовании 2017 года — его провели Hollywood Reporter, где учли поставки оружия для голливудских фильмов и участии в продакт-плейсменте. И есть похожая взаимосвязь — тоже тщательно описанная — между Голливудом и армией США (от фильмов с поддержкой армии и до давнего сотрудничества Пентагона с контент-мейкерами), по неподтвержденным данным побуждающая студии выбирать те сценарии, в которых продвигаются милитаризм и армия. Прямой линией оружие и армию соединить нельзя, но, рассматривая политику MPAA в отношении насилия, связь между ними стоить учитывать.

Однако цели системы рейтингов остаются прежними — держать правительство вдалеке от управления Голливудом и предоставлять зрителям информацию, на основе которой они могут решить, на что потратить отложенную на развлечения часть зарплаты. И именно эти цели действия Universal, отложившей «Охоту», могут поставить под угрозу.

Решение Universal отложить «Охоту» может открыть новые неприятные перспективы в сфере самоцензуры

Как многие уже отметили, хоть мы и не знаем, что на самом деле происходит в «Охоте», вероятность того, что в фильме прекрасные богатые либералы успешно охотятся на реднеков и фанатов Трампа, радуются по итогу и разъезжаются в своих «Приусах» в поисках латте, крайне мала. В трейлерах обычно пытаются скрыть детали, чтобы зритель мог хоть чему-нибудь удивиться при просмотре полноценного фильма, а сценарий этой картины написал один из наиболее известных любителей закрученных сюжетов, Деймон Линделоф (сериалы «Остаться в живых» и «Оставленные»), с одним из своих верных соавторов. Те, кто задумался об этом хоть на полсекунды, поняли, что показанное в трейлере — далеко не все, что будет в фильме.

Но суть не в точности. Суть — в ненависти. И случившаяся в прошлом году похожая история с «Человеком на Луне» показывает, что обоснованные претензии к «либеральному Голливуду» — это не то, чего хотят Fox и его друзья, включая президента Трампа.

И неважно, хочется вам, чтобы такие фильмы, как «Охота», в принципе существовали, или нет (думаю, это тот вопрос, по которому у разумных людей могут возникать разногласия): чуть подумав, можно понять, что Universal не стоило откладывать релиз таким образом.

Несмотря на все недостатки системы рейтингов MPAA (а их немало), она обеспечивают свободу как для художников, так и для зрителей. Создатели фильмов могут создавать то, что хотят. Никто не заставляет это смотреть, да и правительство не запрещает (да, во многих кинотеатрах есть правила, по которым определенные категории зрителей могут покупать билеты на фильмы PG-13 и R, но эти правила заложены в рамках соглашения между сетями кинотеатров и MPAA — не на национальном или федеральном уровне). Все могут решать все сами за себя. Система, несмотря на многочисленные недостатки, все еще работает.

И если зрители ненавидят фильм, противятся тому, что он показывает, или считают, что выпускать его неприлично, они просто могут на него не идти — «проголосовать» в том виде, который Голливуд понимает лучше всего: заработанными потом и кровью деньгами.

Конечно, президент Трамп может высказывать свои мысли по поводу «Охоты», «Кровавого спорта» и других фильмов, которые он любит или ненавидит, и без разницы, поддакивает он тому, что видит на телевидении, или нет. Но то, что Universal отменила релиз «Охоты» на следующий день после того, как он твитнул о фильме — даже если совпадение случайно, студия показала, что глава государства на самом деле может повлиять на то, какие фильмы можно выпускать, а какие нельзя.

Сейчас практически нет никаких сомнений в том, что если бы сценарий развивался несколько иначе, если бы более левый президент публично прокомментировал фильм, и в результате фильм бы сняли из-за того, что, к примеру, Рейчел Мэддоу о нем плохо отозвалась — Fox был бы в ярости. Но даже без учета партнерств действия Universal создают для всей индустрии прецедент, в котором нытье политиков может влиять на релизы — и это идет вразрез с почти вековыми намерениями Голливуда удерживать правительство на расстоянии. И плюсом ко всему показывает, что Голливуд не доверяет выбору зрителей.

Конечно, все это может быть бессмысленными размышлениями о будущем. Стриминговые сервисы, которые не сдержаны правилами, созданными для кинотеатров, могут выпускать все, что угодно, безо всяких рейтингов, для нишевой и специальной аудитории. Я чую, что грядет раскол нашего мейнстримного медиа в соответствии с политическими предпочтениями. Но Голливуду, если он все еще стремится не пускать правительство в свои дела, не стоит поддаваться давлению. Студиям следует, как говорится, не сдавать своих позиций.


Оригинальный материал на сайте stereo.ru:
История самоцензуры в Голливуде

Статья входит в разделы:Интересное о звуке

Поделитесь статьёй:
Обсуждение данного материала
Комментариев пока нет. Станьте первым!
Написать свой комментарий